Александр Петров (kindergod) wrote,
Александр Петров
kindergod

Category:

Книга.Свет и время.

ОДЦ РАГНАР НИЛЬСЕН
СВЕТ И ВРЕМЯ
РАЗМЫШЛЕНИЯ НА ГРАНИЦЕ ЕСТЕСТВОЗНАНИЯ И БОГОПОЗНАНИЯ

Данная книга построена на лекциях, читавшихся мною перед различной аудиторией — от школьников до академических обществ. Она написана простым языком, благодаря чему может быть доступна самому широкому кругу читателей.

Книга содержит много материала по физике, тем не менее, она не подвергает науку анализу. Как преподаватель естественных предметов и как молодежный руководитель, я имел возможность сравнивать научную точку зрения с содержанием христианской веры. Читатель может принимать материал, как размышление человека на рубеже естественной науки и христианской веры, который в обоих случаях находит для себя ответы.

Возникают утверждения, что между наукой и религией существуют противоречия. И если данная книга поможет устранить подобное мнение, то я считаю, что написана она не напрасно.



Люди увлечены стремлением осмыслить свое существование. Мы находим смысл и отыскиваем связи, и, естественно, считаем наши выводы и результаты чем-то крайне важным. Мы хотим абсолютной достоверности и склонны к категорическим утверждениям. Но всякий раз, когда мы заходим слишком далеко, приписывая нашим заключениям универсальное значение, природа вступается и поправляет нас: «Нет, все же не совсем так».

Если бы мы почаще вспоминали, что действительность не обязана совпадать с нашими представлениями о ней. нам было бы легче сохранять чувство смиренного изумления перед жизнью и бытием в целом. А именно это чувство содействует духовному росту и созреванию и является двигателем истинного прогресса.

К концу XIX века в подходе к изучению физического мира преобладали следующие идеи:

Пространство и время — это бесконечные, неизменные и абсолютные понятия.
1.Известная нам Вселенная существовала всегда и будет и далее существовать, благодаря собственным силам.
2.Все, что случается — следствие абсолютных и неизменных законов, являющихся звеном в неизменной цепи причин и следствий.
3.Ум человеческий способен к неограниченному постижению действительности. Если и не все пока понятно, то впоследствии наука найдет верное объяснение. В полноте бытия, таким образом, нет ничего такого, что наш ум не в силах уразуметь. Действительность — это то, что материально и наблюдаемо.

Подход такого рода полностью исключает понятия духовного или метафизического характера. Он несовместим с религией, с верой во всемогущего Бога, в сотворение Им мира, с понятиями греха и воздаяния. Человек низводится до положения звена в цепи причин и следствий. Все нематериальное и ненаблюдаемое объявляется бессмыслицей.
Образцовое выражение таких взглядов можно найти в словах французского астронома Лаланда: «Я обыскал все небесное пространство и не нашел Бога. Он нуждается в другом обиталище».

Ученые начали ожесточенный поход против веры и метафизики, и первейшим из них был Эрнст Геккель, который, ссылаясь на научные данные, в своей книге «Мировые загадки» подверг христианство яростным нападкам. Даже после того, как новые исследования показали несостоятельность его доводов, он продолжал письменно отвергать Бога и религию и не позволил внести поправки в новое издание своей книги. За такую недобросовестность он вскоре поплатился утратой научной репутации и был известен лишь как пропагандист безбожия.

Едва ли стоит удивляться тому, что вслед за такой научной философией пришел самый концентрированный материализм. Его последствия ощущаются и поныне.
Сегодня, когда наши знания стали много глубже, положение сильно изменилось. Ученые высказываются гораздо скромней и осторожней, ибо теперь они продвинулись так далеко, что смогли осознать ограниченность своих способностей и своих исследований. По словам выдающегося современного физика Роберта Оппенгеймера, одного из главных создателей атомной бомбы: «Мы познали наше невежество; мы хорошо изучили его, и чем полней и уверенней мы овладеваем нашим делом, тем способнее становимся оценить всю полноту нашего всеобъемлющего невежества».

Эти новые настроения впервые проявились в двадцатые годы, о чем говорит нижеследующий разговор кардинала М. Фаульхабера и Альберта Эйнштейна:
«Я уважаю религию, но верю в математику,— сказал Эйнштейн.— Вы же, ваше преосвященство, поступаете наоборот».
«Ошибаетесь,— ответил кардинал,— я считаю и религию, и математику только разными способами проявления непогрешимого всеведения Господня».
«Ну, а если придет день, когда математические расчеты обнаружат некий научный факт, противоречащий религиозной вере?» — удивился Эйнштейн.
«Я настолько уважаю математику,— сказал кардинал,— что в этом случае ожидаю от вас, профессор, непрерывных попыток отыскать ошибку в вычислениях».
По мере того, как шли годы, физики нашли такие ошибки у Геккеля и ему подобных. Они не этого искали — у науки другие цели, просто добросовестные ученые честно продолжали свои исследования и получили результаты, опровергшие их прежние понятия. В первой главе мы подробнее рассмотрим некоторые из этих заключений.

Трудами ученых собрана масса сведений о природных явлениях, об их существе и взаимосвязях. Важность этих знаний столь огромна,что ее невозможно переоценить, несмотря на вышеприведенные слова Оппенгеймера.

Именно эти знания дают материалы для иллюстраций и аналогий, приближающих нас к лучшему пониманию внутренней жизни людей.

При этом, однако, необходимо подчеркнуть следующее: христианство — не объект естественнонаучного изучения и никогда им не будет. Область христианского опыта во всех отношениях чужда области приложения научных инструментов или строго логического мышления. С чисто научной точки зрения о христианстве ничего нельзя сказать. Более того, христианство не основывается ни на методе, ни на результатах естественных наук. Из этого же следует, что и христианство не может судить об этих результатах, кроме тех случаев, когда их пытаются распространять на духовную и моральную область.

Иными словами, христианство и наука не могут влиять друг на друга ни действительным, ни, тем более, решающим образом.

Но это еще не все. В наши дни верующий человек живет в мире, где научное мышление сильно воздействует на повседневную жизнь и на отношения между людьми. В то же время, научно мыслящий человек живет в культуре, возникшей и сложившейся под решающим влиянием религиозной веры в сверхъестественное начало.
И религия и наука входят в общечеловеческое наследие. Отношения науки и религии и есть та дилемма, которую человечеству необходимо как-то разрешить.
К несчастью, люди не всегда ясно понимали существенную разницу между знанием и верой, что порождало ненужные раздоры. Причиной их бывало смешение несовместимых понятий, на деле, так сказать, не подлежащих сопоставлению. Как пример можно привести несовместимость эстетической оценки произведения искусства и химического анализа его красок. Следовательно, и нам не нужно повторять ошибочные мнения о необходимости устранения тех разногласий, которые якобы существуют между истинами христианской веры и данными научных исследований. Многим наконец становится ясной вся бессмыслица сопоставлений между столь разнокачественными областями человеческого опыта. Сверх того, христианское учение полагает себя полным, окончательным и абсолютным, а научные понятия никогда не станут окончательными, но должны переосмысливаться и перетолковываться по ходу движения науки и вызываемого им пересмотра познавательных задач.
Христианские истины даются откровением, наука же нацелена на поиски и выявление истин. Одно это должно показать всю бесполезность любых предпринимаемых попыток сравнивать научную и христианскую точки зрения.

Христианам случается переживать тревогу из-за науки и ее открытий. Например, молодой физик может прийти к выводу, что он не вправе считать себя внутренне честным, если продолжает верить в Библию. На мой взгляд, эти тревоги беспочвенны и порождаются неверной оценкой и религиозных и научных понятий.
Необходимо, следовательно, подчеркнуть, что можно одновременно быть и ученым и верующим. Это подтверждается примером многих выдающихся ученых современности и прошлого.

Очевидно, что нам приходится иметь дело с обеими сторонами человеческой натуры. Человеку даны разум и сердце, и оба достойны уважения. Смущает же нас то, что наши разнообразные переживания не всегда удается привести к согласию. Отсюда некоторые заключают, что одни из них верны, а другие — ложны. Будучи мыслящими существами, мы, похоже, признали обязательным постулат, гласящий, что все истинное и реальное должно быть выражено в логических построениях, свободных от всякой двусмыслицы.

Но этот постулат не абсолютен. К такому заключению нас привели точные естественные науки.
В наше время естественные науки больше не противопоставляются христианству. Ученые уже не отрицают, что бытие полно явлений, не определяемых измерительными приборами. Сюда относятся и религиозные феномены. Со своей стороны, христиане проявляют понятный интерес к физической природе как выражению творческой мощи Бога и свидетельству Его всемогущества. При таком подходе всякое выявление тонких и хитроумных механизмов, скрытых в глубине природных явлений, обогащает и расширяет религиозные верования естествоиспытателя.

При строго научном подходе в природе нельзя отыскать доказательства бытия Божия — и отлично! Но в то же время множество людей без всякого участия науки находят в природных явлениях могущественные и красноречивые свидетельства величия Творца и премудрости Его творения.
Но не только сами явления и присущая им сообразность с движением природы в целом свидетельствуют о великом невидимом Строителе. Успехи науки в нашем столетии, показавшие существование целенаправленных сил, движущих природные явления, изменили умственный климат современности. И тут важна не только непосредственная достоверность того, что демонстрирует наука. Будут ли эти теории окончательно подтверждены или в будущем их придется менять и даже отменять, — независимо от этого, новые идеи и новые подходы уже утвердились и признаны важными не только для точной науки, но и для всякой умственной деятельности.
Сохраняя должное уважение к достижениям науки, мы должны, однако, признать их ограниченность. Естественные науки находят и описывают определенные явления, пытаясь объяснить их взаимозависимость. Они объясняют то, что происходит, но не то, чему следует произойти, и могут объясняться только на языке измеримых количеств. У них нет ответа на вопрос, что хорошо и что плохо, зачем мы живем и как следует жить.

Нам, людям, выпало жить в мире, в котором нет простых и легких путей к познанию истины. Ее приходится отыскивать среди оживленной сутолоки частных истин, нелегко поддающихся логическому осмысливанию. В утешение, нам остается верить, что наши недоумения — следствие нашей же ограниченности.
И в то же время похоже на то, что ум человеческий обладает способностью время от времени улавливать смысл, замысел и внутренние связи всего существующего. Но до тех пор, пока эта способность не проявлена, не развита и не употребляется, нам не удастся преуспеть в углубленном постижении действительности. Истина порой причудливее вымыслов. Если бы человек из прошлого столетия мог услышать от нас о нашей технике, понятиях и представлениях, он, вероятно, счел бы нас либо помешанными, либо жертвами дичайших суеверий. И в наши дни многие изумятся, услышав, что в принципе в этот самый миг можно с помощью телескопа увидеть взрыв над Хиросимой; или что сын может быть ровесником своих родителей или своих детей; или что все вещество этой книги свободно разместится внутри точки в конце этого предложения — если оно вообще существует.

Но те, кто пытался хотя бы отчасти уразуметь научное мышление и результаты, достигнутые новейшими исследованиями, найдут, что все эти удивительные утверждения — вовсе не беспочвенная фантазия.

Изучение макрокосма и микрокосма — непостижимо огромного и неразличимо малого — средствами астрономии и ядерной физики вытолкнуло нас за рамки наших привычных повседневных понятий о протяженности и размере.

Учение о свете как частицах и волнах одновременно и осознание особенностей нашего восприятия расшатали основы прежних представлений о действительности, а теория относительности произвела революцию в наших представлениях о времени.

И центральный, всеобъединяющий феномен — это свет.

Скачать всю книгу - Svet&Vremya.rar

ни в магазинах ни в интернете - не было ни одной возможности ее найти - оцифровали и отредактировали.
Tags: книги, наука, христианство
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments